Российские судебные приставы возбудили исполнительное производство о взыскании с международного депозитария Euroclear более 52 млрд рублей, однако европейские суды не признают решения РФ из-за санкционного режима, а собственных активов компании в России практически нет. Действия Федеральной службы судебных приставов (ФССП) — это прежде всего демонстрация правовой позиции, а не реальный механизм возврата активов. Эксперты сходятся во мнении, что вероятность взыскания через третьи страны остаётся призрачной, а ключ к решению проблемы лежит в политической плоскости. Тем не менее нарастающее судебное давление формирует переговорный капитал и правовую базу для будущих компенсаций.
Исполнительные производства о взыскании с Euroclear Bank 52,6 млрд рублей находятся в производстве у приставов, рассказали «Известиям» в ФССП. Одновременно Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск Банка России к депозитарию примерно на 18 трлн рублей (около 200 млрд евро) и допустил немедленное исполнение решения. Однако, по мнению опрошенных изданием экспертов, вернуть средства таким образом пока не удастся.
Основатель финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев пояснил, что действия ФССП — прежде всего демонстрация правовой позиции, а не реальный механизм возврата активов. Euroclear работает в бельгийской юрисдикции и находится в окружении европейских регуляторов, которые не готовы к добровольным расчётам с Россией.
Главный юридический барьер — отсутствие признания российских судебных решений в Евросоюзе. Бельгийский юрист, руководитель международного сервиса Razmorozka.com Алексей Богданов отметил: российский исполнительный лист сам по себе не действует на территории Бельгии. Финансовый юрист Ольга Плеханова добавила, что для взыскания потребуется признание решения российского суда местным судом, вероятность чего в нынешних условиях близка к нулю. Более того, спор напрямую связан с санкционным режимом ЕС и замороженными российскими резервами. Бельгийские суды сочтут исполнение такого решения противоречащим публичному порядку Евросоюза.
Теоретически российская сторона может искать активы Euroclear в дружественных юрисдикциях — Гонконге, Китае, ОАЭ и других странах. Однако, по словам Алексея Богданова, успех не гарантирован: суды этих стран будут самостоятельно оценивать международную юрисдикцию российского суда, санкционный контекст и вопросы публичного порядка. К тому же 20-й пакет санкций ЕС специально усиливает защиту европейских компаний от исполнения российских решений в третьих странах, добавила Ольга Плеханова. За помощь в исполнении российского судебного решения банки и компании из третьих стран столкнутся с европейскими ограничениями.
Полномочия ФССП, как пояснила директор Восточного юридического альянса Евгения Амелькина, ограничены территорией России. Пристав может направлять запросы в российские банки, искать счета и имущество в РФ, накладывать аресты. В законодательстве нет механизма, позволяющего ФССП обращаться в иностранные суды и требовать исполнения российских решений за рубежом.
Поскольку у Euroclear нет достаточных активов в России, исполнительное производство фактически упирается в потолок. Действовать дальше должен взыскатель — в случае с иском Банка России сам ЦБ или привлечённые им международные юристы. Им предстоит обращаться в иностранные суды с требованием признать и привести в исполнение решение российского арбитража. Это самостоятельный судебный процесс, который даже в благоприятном сценарии занимает от одного до двух лет, а с учётом апелляций — до четырёх лет.
Тем не менее юристы считают, что положение Банка России объективно улучшилось. Раньше существовал спор о замороженных активах, теперь есть судебное решение на конкретную сумму — самостоятельный юридический актив. Его можно использовать в переговорах, в будущих международных процессах, как инструмент давления на должника.
Заместитель гендиректора по брокерскому бизнесу ФГ «Финам» Дмитрий Леснов резюмировал: вероятность возврата средств пока крайне низкая. Спор с Euroclear можно урегулировать только на политическом уровне. Это самый простой и быстрый путь для решения проблемы с замороженными активами.
