Экономики стран АСЕАН растут так быстро, что собственная инфраструктура, энергосети и кадровая система перестают справляться. Порты перегружены, центры обработки данных потребляют электричества больше, чем могут дать сети, а университеты выпускают специалистов с устаревшими знаниями. Задача партнёров из ЕАЭС, включая Россию, — не пытаться оседлать этот рост, а снимать конкретные «узкие горлышки»: от промышленной автоматизации и цифровых госуслуг до «зелёных» стандартов для ЦОД и коротких сертификационных курсов. Об этом во второй части интервью рассказывает Любарто Сартойо, руководитель Комитета по взаимодействию со странами АСЕАН Евразийской ассоциации бизнеса. Первая часть была посвящена тому, как искать локальных проводников и не переступать «красные линии» национального суверенитета.
— Господин Сартойо, мы часто говорим о бурном росте экономик АСЕАН, о десятках триллионов долларов к 2030 году. Но вы неоднократно подчёркивали: партнёрам из ЕАЭС нужно думать не о том, как «оседлать» этот рост, а о том, что ему мешает. Что вы имеете в виду?
— Именно так. Я уже говорил, что страны АСЕАН, особенно Индонезия, Вьетнам, Филиппины, Таиланд и Малайзия, находятся в фазе устойчивого экономического роста. По ряду прогнозов, к 2030 году совокупный ВВП региона достигнет 4–5 триллионов долларов, а цифровая экономика составит 30 процентов этого показателя. Но здесь возникает системный вызов, который часто упускают из виду: существующие институты, инфраструктура и технологический базис не рассчитаны на обслуживание такого объёма. Рост уже идёт, и он начинает спотыкаться об ограничения.
Что это за ограничения? Перегруженность логистических узлов – порты, склады, дороги просто не справляются. Дефицит мощностей генерации и распределения электроэнергии под центры обработки данных и промышленность. Фрагментация финансовой и платёжной инфраструктуры между странами. И, конечно, кадровый голод в цифровых профессиях – один из самых острых вызовов.
Поэтому задача внешнего партнёра, в том числе России и стран ЕАЭС, – не стимулировать рост, а снимать «узкие горлышки», которые этот рост уже создал. Технологии в данном контексте выступают не как инновация ради инновации, а как средство повышения пропускной способности экономики.
— Вы выделяете несколько уровней, где такие решения требуются немедленно. Начнём с промышленности. Что происходит в реальном секторе и что мы можем предложить?
— Промышленный уровень – это автоматизация и управление цепочками поставок. Страны вроде Вьетнама и Индонезии активно наращивают промышленное производство, включая сборочные предприятия электроники, текстиля и автокомпонентов. Но традиционные системы управления производством – ERP и им подобные – перестают справляться с возросшими объёмами заказов.
Партнёрам в АСЕАН нужны три вещи. Первое – промышленный интернет вещей для мониторинга: загрузка станков, состояние складов, всё в реальном времени. Второе – прогнозная аналитика для управления запасами, чтобы избежать и дефицита, и затоваривания. Третье – системы промышленной безопасности, интегрированные в производственные цепочки. Чтобы авария на одном заводе не останавливала всех смежников.
И вот здесь у ЕАЭС, включая Россию, есть что предложить. Наши решения в области промышленной автоматизации проверены в работе с крупными системными интеграторами, это не лабораторные прототипы. Они уже работают в реальных условиях. Конечно, их нужно адаптировать под местный климат, валютные риски и разные стандарты, но база есть, и это именно то, что востребовано.
— Следующий уровень – государственное управление и социальные сервисы. Что происходит с Government Tech в регионе?
— Рост населения и урбанизация в регионе обгоняют возможности бюрократических систем. В Ханое, Джакарте или Маниле очереди в государственные учреждения, задержки выплат, проблемы с регистрацией бизнеса напрямую тормозят экономическую активность.
Партнёрам нужны системы идентификации и авторизации для госуслуг, включая удалённые. Здесь у России колоссальные наработки, и они интересны региону. Нужны цифровые платформы для социальных выплат и субсидий, особенно в сельской местности – с учётом аграрной модели многих стран Азии. Нужна аналитика для налоговой и таможенной служб, чтобы не создавать административные барьеры для растущего малого бизнеса.
Показательно, что «Цифровой генеральный план» АСЕАН закладывает стопроцентную интеграцию искусственного интеллекта в государственные онлайн-услуги. Это означает, что уже сейчас идёт проектирование систем, способных обрабатывать растущий поток заявлений, жалоб и запросов. Российский опыт создания портала «Госуслуги» – даже с учётом разных политических систем – представляет интерес как пример масштабируемой архитектуры.
— Вы затронули тему продовольственной безопасности. Почему это важно и что требуется нашим партнёрам?
— Эту тему часто недооценивают. А между тем быстрый экономический рост ведёт к изменению структуры потребления: больше мяса, молочных продуктов, обработанных продуктов. Это создаёт дополнительное давление на сельское хозяйство и логистику продовольствия.
Что нужно партнёрам? Системы мониторинга посевов и урожайности – спутниковый и дроновый контроль, умное поле и искусственный интеллект. Платформы для прогнозирования цен на продовольствие с привязкой к сезонным и климатическим факторам. Решения для холодильных цепочек и складского учёта, чтобы снизить потери при хранении и транспортировке.
Страхи, связанные с продовольственной безопасностью, в АСЕАН вполне конкретны. И предложение ЕАЭС, имеющей опыт работы в сложных агроклиматических условиях, может быть воспринято как практическая помощь, а не как абстрактное партнёрство. Это очень важный нюанс.
— Ещё один архиважный аспект – энергетика и центры обработки данных. Искусственный интеллект требует электричества, а сети не справляются. Что делать?
— Это парадоксальная ситуация. Искусственный интеллект и цифровизация, которые так активно продвигает АСЕАН, имеют оборотную сторону – резкий рост энергопотребления. Средний ЦОД потребляет в 10–50 раз больше электроэнергии на квадратный метр, чем офисное здание. При этом энергосети ряда стран региона, особенно Филиппин, Мьянмы, Камбоджи, работают на пределе.
Страны хотят развивать цифровую экономику, но боятся, что ЦОД «съедят» энергию, необходимую для жилых кварталов и промышленности. Что им нужно? Во-первых, «зелёные» стандарты для ЦОД. Во-вторых, решения по утилизации тепла от серверов для обогрева или промышленных процессов. В-третьих, интеграция ЦОД с локальной генерацией – солнечной, биогазовой.
АСЕАН уже готовит руководство по «зелёным» центрам обработки данных. Российские компании, имеющие опыт строительства и эксплуатации ЦОД в климатических условиях, схожих с тропическими, могли бы предложить не ноу-хау, а типовые, проверенные решения. А это для региона сегодня важнее, чем инновации ради инноваций.
— Вы упомянули кадры. Это, пожалуй, сквозная тема. В чём острота?
— Всё перечисленное – промышленная автоматизация, цифровые госсервисы, «зелёные» ЦОД, агротехнологии – упирается в один и тот же дефицит. Кто будет внедрять, эксплуатировать и развивать эти системы? Некому.
Университеты региона, особенно в странах второй и третьей волны – Лаос, Камбоджа, Мьянма, – готовят специалистов по устаревшим программам. Бизнес жалуется, что выпускников приходится переучивать от полугода до года. При этом растущая экономика создаёт новые рабочие места быстрее, чем система образования может на них отреагировать.
Что мы видим в качестве решений? Краткосрочные сертификационные курсы по конкретным технологиям – до шести месяцев. Программы двойных дипломов с российскими вузами – особенно интересны инженерные и ИТ-направления, медицина. И конечно, стажировки на предприятиях – формат «обучение через практику», причём как на российских предприятиях, так и непосредственно на предприятиях в регионе АСЕАН.
Именно здесь у ЕАЭС появляется уникальное преимущество: российское образование сохранило высокий уровень фундаментальной подготовки, а по соотношению «цена – качество» оно конкурентоспособно на глобальном рынке образовательных услуг.
— Давайте подведём итог. Как бы вы сформулировали главный посыл, который ЕАБ адресует и бизнесу ЕАЭС, и партнёрам в АСЕАН?
— Мы видим неминуемый рост, и здесь важно не навредить этому росту, а стимулировать его и интегрироваться в него. Страны АСЕАН не нуждаются в том, чтобы кто-то делал для них технологии. Они нуждаются в том, чтобы кто-то помог снять технологические и ресурсные ограничения, возникающие из-за того, что их экономики растут быстрее, чем успевает перестраиваться инфраструктура, энергетика, госуправление и система подготовки кадров.
Мы считаем, что ЕАЭС может быть интересна региону не как самый инновационный или самый дешёвый партнёр, а как партнёр, предлагающий проверенные, предсказуемые и масштабируемые решения, которые можно быстро развернуть для снятия конкретных «узких горлышек». Именно прагматизм, а не технологическая экзотика, будет определять успех сотрудничества на ближайшие пять-семь лет.
