23 августа на площадке Форума «Сообщество» в Магасе состоялась сессия «Миграционные проблемы в России. Роль НКО в интеграции и адаптации мигрантов в СКФО». Участники дискуссии представили свой взгляд на проблему адаптации и интеграции мигрантов в российское общество. Гражданское общество может и должно сыграть здесь свою весомую роль.
Модератором сессии стал председатель Комиссии ОП РФ по межнациональным, межрелигиозным отношениям и миграции Владимир Зорин, участие в работе принял министр по внешним связям, национальной политике, печати и информации Республики Ингушетии Руслан Мизиев и другие спикеры.
В преддверии заседания Владимир Зорин побеседовал с корреспондентом издания «Аргументы недели», рассказав о взаимодействии НКО с органами местного самоуправления по вопросам миграции и подчеркнул необходимость создания площадок для обсуждения миграционной политики.
— Владимир Юрьевич, как вы видите будущее межнациональных отношений в России, учитывая глобальные тенденции и внутренние вызовы?
— Угрозы, безусловно, есть, но они преимущественно связаны с внешними вызовами, нежели с внутренними. Коллективный Запад пытается развалить Россию, подогревая межнациональные проблемы. Это происходит на фоне всеобщего движения к многополярному миру, где акценты смещаются от глобального единства к конкурентной диверсификации. В условиях этого многополярного ландшафта будут укрепляться идентичности государств. Большую важность приобретёт этнокультурное объединение разнообразных народов под едиными границами. Благодаря стратегии государственной национальной политики, разработанной и проводимой под эгидой президента России Владимира Владимировича Путина, у нас всё получается.
Учитывая, что Россия обладает богатейшим и уникальным опытом сотрудничества между народами и религиозными конфессиями, я считаю, что она станет лидером этого процесса. Наша формула гражданского единства, основанная на многонациональном народе Российской Федерации, будет продолжать развиваться как по форме, так и по содержанию. В будущем мы, безусловно, сохраним лидерство в укреплении единства многонациональных, многоконфессиональных и сложносоставных государств, которые составляют большинство среди членов ООН.
— Как вы оцениваете эффективность работы НКО в области миграции?
— Я убежден, что здесь скрыты существенные резервы. НКО вносят весомое пополнение во вклад потенциала политики государства. Да, есть проблемы: от законодательных инициатив и информационного сопровождения до вопросов финансирования. И по многим из них можно привести множество примеров. В нашей стране существует более десяти тысяч НКО, включая 1500 национальных культурных автономий и религиозных организаций, которые также вовлечены в эти процессы. Однако пока это не универсальное явление, а лишь единичные положительные практики. Я считаю, что необходимо создать больше площадок для совместного обсуждения миграционной политики. Важна не только активность НКО, но и активное вовлечение органов местного самоуправления, работодателей и других участников. Перспективы для налаживания взаимодействия НКО с этими участниками очевидны, и у них есть желание работать в этом направлении. НКО готовы к участию, но нужны соответствующие инструменты для эффективного взаимодействия.
— Как НКО взаимодействуют с государственными структурами для решения миграционных проблем?
— Государство нуждается в подкреплении общества. Существующий механизм подразумевает необходимость создания общественно-консультативных органов в каждом регионе, вплоть до муниципалитетов, где присутствуют мигранты. Работать с мигрантами следует с учётом особенностей отдельных групп, регионов страны исхода, квалификации, а если потребуется, то даже индивидуально, это ключевой момент.
Создание таких площадок в каждом муниципалитете и регионе, занимающихся совершенствованием миграционной политики и адаптацией, должно быть приоритетом. При этом важно понимать, что универсальной модели не существует, поскольку у мигрантов разная мотивация. Одни приезжают на заработки с намерением вернуться, другие – хотят закрепиться в России, стать её гражданами, третьих интересует учёба. Учитывать мотивацию мигрантов – основа работы. Понятно, что для тех, кто приезжает на сезонные заработки, знание русского языка должно быть другим, нежели чем у тех, кто хочет получить российское гражданство. Кстати, не только русского. Знаю случай, когда не ингуш, обучающийся в ингушской школе, стал победителем конкурса по знанию этого языка.
Однако среди мигрантов есть и такие, кто имеет неблаговидные цели или преследует экстремистские идеи. К ним должен быть строгий подход со стороны соответствующих органов. Прежде всего, это касается религиозного фактора, экстремистов и лиц с криминальной историей.
— Как общественные палаты взаимодействуют с различными этническими и культурными сообществами для достижения единства и согласия?
— Важнейшим является диалог, обучение лидеров и информационная поддержка. Мы организуем площадки, на которых изучаем имеющийся опыт и позитивные практики. У нас есть целевые программы социального проектирования, сосредотачивающиеся на организации кружков для изучения русского языка и адаптации мигрантов, которые мы активно поддерживаем. Главное — это взаимное сотрудничество между Общественной палатой России и родственными профильными комиссиями региональных палат (а их более 60-ти), включая структуры, созданные при органах местного самоуправления. Это взаимодействие принимает разнообразные формы: от экспертной поддержки интересных инициатив до организационной помощи в проведении конкретных мероприятий и многого другого. Не исключается и такой фактор, как общественное признание гражданских активистов в этой области. Мы представляем платформы, которые открывают доступ ко всем возможностям, предусмотренным законодательством об Общественной палате. Например, Ресурсный центр в сфере национальных отношений обобщает успешные практики. В последний раз на конкурс поступило 547 заявок, среди которых было около 10-12 проектов, связанных с мигрантами. В основном они были посвящены созданию семейных центров. Также много предложений по академической миграции, относящихся к студентам, которые приезжают учиться. Несколько организаций уже поделились инновационными подходами к обучению детей русскому языку, которые помогут преодолеть языковой барьер в школах.
— Какие барьеры могут препятствовать успешной адаптации мигрантов?
— Среди множества барьеров, с которыми сталкиваются мигранты, можно выделить бюрократические, коррупционные, но и зачастую нежелание самих мигрантов интегрироваться. Многие из них не желают тратить время и деньги на изучение языка и адаптацию к новой культуре. Хотя бывает и наоборот. Я знаю о программе, проводимой Московским домом национальностей, которая каждое воскресенье открывает свои двери для мигрантов, помогая им адаптироваться к жизни в столице. Несмотря на множество преград, барьеры начинают ослабевать. Но следует учитывать, что большинство мигрантов приезжает с намерением задержаться лишь на короткое время, чтобы заработать денег и помочь родственникам на родине.
— Каковы причины миграции в Россию для мигрантов из стран СНГ и других регионов?
— Россия сегодня входит в пятёрку самых привлекательных стран мира для мигрантов, и эта тенденция закрепилась. Для всех мигрантов главное – желание улучшить своё социально-экономическое положение, найти работу. Для выходцев из стран СНГ это ещё и память об общем прошлом наших стран. Впрочем, миграция бывает разная: социальная, экономическая, политическая, экологическая, академическая и даже лечебная. В последние годы мы столкнулись с мигрантами, которые переезжают к нам, в Россию, из США, Канады, стран Европы ради защиты своих детей от агрессивной пропаганды ЛГБТ.* В глобальном масштабе число мигрантов переживает сложный и болезненный процесс увеличения, и я убеждён, что эта тенденция только наберёт силу в будущем. Для России это означает, что мы будем сталкиваться не только с привычными нам гражданами постсоветских республик. В нашей стране появятся люди из внешнего контура, той же Африки или Азии. Как-то придётся к ним не только привыкать, но и совершенствовать процесс управления миграционными потоками. Это новый вызов, но я уверен, что мы с ним справимся.
* — запрещённая в России организация
