Мировой рынок стейблкоинов за два года вырос более чем вдвое — с 150 до 318 млрд долларов. Подавляющая доля (99,7%) приходится на инструменты, привязанные к доллару США, что создаёт риски для монетарного суверенитета других стран. Банк России опубликовал консультативный доклад, в котором предлагает обсудить перспективы формирования рынка рублевых стейблкоинов. В документе, который пришёл на смену аналитическому докладу 2024 года, представлены возможные подходы к регулированию: от требований к эмитентам и обеспечению до сроков погашения. При этом ЦБ предлагает сохранить запрет на использование стейблкоинов во внутренних расчётах, чтобы избежать фрагментации денежного обращения. Две трети стран уже ввели регулирование стейблкоинов или находятся в процессе его создания. Ответы на вопросы доклада принимаются до 1 сентября 2026 года.
Стейблкоины — это криптоактивы, стоимость которых привязана к цене реального актива, чаще всего к фиатной валюте. Их основное преимущество — стабильность по сравнению с волатильными криптовалютами. Это делает их удобным инструментом для расчётов в криптосфере и трансграничных переводов. Однако доминирование долларовых стейблкоинов вызывает обеспокоенность регуляторов по всему миру: они видят в этом угрозу долларизации экономик и подрыв монетарного суверенитета.
За последние два года рынок стейблкоинов вырос более чем в два раза — совокупная капитализация увеличилась с 150 млрд долларов США в 2024 году до 318 млрд долларов США в 2026 году. При этом объём стейблкоинов, не привязанных к доллару США, в 2026 году достиг всего 1,1 млрд долларов. Общий объём транзакций стейблкоинов с 2019 года составляет 354,8 трлн долларов, за последние 12 месяцев — 100,3 трлн долларов.
По прогнозам аналитиков, востребованность стейблкоинов продолжит расти: до 500–750 млрд долларов к 2028 году (J.P. Morgan) и до 2–3 трлн долларов к 2030 году (Citi, Standard Chartered).
В 2024 году Банк России уже публиковал аналитический доклад о стейблкоинах. За прошедшие два года ситуация изменилась: рынок вырос вдвое, а регулирование в этой сфере появилось уже в двух третях юрисдикций. Среди стран, которые ввели или разрабатывают регулирование, — США (Genius Act), страны ЕС (MiCA), ОАЭ, Гонконг, Сингапур, Япония, Казахстан, Киргизия, Армения и другие.
Российское законодательство пока не содержит понятия «стейблкоин». Но оно не запрещает выпуск цифровых финансовых активов (ЦФА) с характеристиками, схожими со стейблкоинами. Их можно использовать для инвестиций и трансграничных расчётов, но нельзя применять во внутренних платежах между резидентами. На практике таких выпусков пока не было.
В докладе рассматриваются три основных направления использования стейблкоинов: средство расчётов в криптосфере (исторически основное), средство трансграничных расчётов (динамически развивающееся) и средство внутренних расчётов (наименее распространённое, зачастую запрещённое). Отдельные участники рынка считают, что введение специального регулирования для рублевых стейблкоинов повысит их востребованность в международных расчётах.
В докладе перечислены возможные требования: к номиналу, срокам погашения, качеству обеспечения, финансовой устойчивости эмитента. Среди них — полное (1:1) обеспечение стейблкоинов высоколиквидными активами, сегрегация резервов от иных активов эмитента, ежедневное раскрытие информации о количестве выпущенных стейблкоинов и объёме обеспечения, внешний аудит раз в полгода. При этом ЦБ предлагает сохранить запрет на использование стейблкоинов во внутренних расчётах — чтобы избежать фрагментации денежного обращения.
Банк России рассчитывает получить от участников рынка ответы на ряд вопросов: нужны ли отдельные правила для стейблкоинов, какими они должны быть, в какой форме их устанавливать — через экспериментальный правовой режим или постоянное регулирование. Приём ответов и предложений продлится до 1 сентября 2026 года.
