Банки России завершили 2025 год с чистой прибылью 3,5 трлн рублей. Для сравнения: доходная часть федерального бюджета составила 37,3 трлн, а дефицит — 5,6 трлн. Крупнейшие кредитные организации отказываются делиться сверхприбылью: глава ВТБ Андрей Костин назвал идею введения дополнительных налогов на банки «фиговой» и заявил, что её «похоронят». При этом реальный сектор и оборонная промышленность балансируют на грани выживания. Ключевой пример — ОДК-УМПО (разработчик и производитель двигателей для истребителей Су-57, Су-30, Су-35) завершил 2025 год с чистым убытком 14,3 млрд рублей, выручка сократилась, продажи новых двигателей упали на 2%, доходы от ремонта обрушились на 24%. Кредиторы пытаются обанкротить предприятие. РЖД, столкнувшись с обвалом грузоперевозок, планирует сократить 6 тыс. сотрудников и распродаёт недвижимость; чистый долг компании достиг 3,33 трлн рублей. Экономисты подсчитали: прибыль банков в 50 раз превысила доходы всей автомобильной промышленности, а также больше, чем сельское хозяйство, пищевая промышленность и строительство вместе взятые. При этом Госдума отклонила законопроект КПРФ о налоге на сверхдоходы банков, а глава ВТБ предложил вместо этого обложить налогом промышленников, которые якобы получают выгоду от роста цен на золото, серебро, медь и никель.
Российская банковская система демонстрирует рекордные показатели: по данным Банка России, в 2025 году кредитные организации получили чистую прибыль около 3,5 трлн рублей. До этого, в 2024 году, прибыль составляла 3,8 трлн, в 2023-м — 3,3 трлн. Только в пандемийном 2022-м был спад до 203 млрд, но в остальном тренд устойчиво восходящий. Для сравнения: весь федеральный бюджет России в прошлом году собрал 37,3 трлн рублей доходов, а дефицит казны составил 5,6 трлн. Иными словами, прибыль банков превышает дефицит бюджета более чем наполовину.
Банкиры смотрят в будущее оптимистично. 22 апреля 2026 года президент-председатель правления ВТБ Андрей Костин заявил, что не видит глобальных рисков для сектора и рассчитывает на рекордные показатели. По итогам 2026 года ВТБ планирует получить чистую прибыль свыше 600 млрд рублей (против 502 млрд в 2025-м) при рентабельности капитала не менее 20%. Не менее успешно отчитываются Сбербанк, Т-Банк, Россельхозбанк и другие системообразующие банки.
На этом фоне реальный сектор экономики выглядит иначе. ОАО «РЖД» (чистый долг 3,33 трлн рублей, отношение чистого долга к EBITDA — 3,4, что аналитики считают критическим уровнем) вынуждено сокращать не менее 6 тыс. сотрудников и распродавать недвижимость, чтобы расплатиться с долгами.
Наиболее показателен пример оборонного предприятия. Кредиторы пытаются обанкротить ОДК-УМПО — разработчика и крупнейшего производителя газотурбинных двигателей в России, который ставит моторы на истребители Су-57, Су-27, Су-30 и Су-35С. Завод завершил 2025 год с чистым убытком 14,3 млрд рублей. Выручка сократилась с 130,3 млрд до 121,7 млрд. Продажи новых двигателей упали на 2% (84,7 млрд), а доходы от ремонта обрушились на 24% (до 7 млрд рублей). При этом прибыль одного ВТБ (600 млрд рублей в плане на 2026 год) в 43 раза превышает убыток этого авиационного гиганта.
Экономисты приводят и другие сравнения: прибыль банков в 50 раз превысила доходы всей российской автомобильной промышленности. Банковский сектор «заработал» больше, чем сельское хозяйство, пищевая промышленность и строительство вместе взятые.
При этом банки активно противятся любым попыткам изъять сверхдоходы в бюджет. Весной 2026 года Госдума отклонила законопроект КПРФ о введении налога на сверхприбыль кредитных организаций, сославшись на «нецелесообразность». Глава ВТБ Андрей Костин в интервью «Интерфаксу» назвал идею дополнительных налогов на банки «фиговой» и заявил, что её «похоронят»: «Не будет этой идеи реализовано. Не похоже на это. Идея фиговая, поэтому, я думаю, что её похоронят». При этом Костин предположил, что налоги, скорее всего, придётся платить промышленникам, которые получают выгоду от роста цен на золото, серебро, медь, никель.
Банковский сектор, получающий сверхдоходы за счёт высокой ключевой ставки, процентов по ОФЗ и финансовых спекуляций, остаётся неприкасаемым, тогда как предприятия оборонки и других отраслей реального сектора балансируют на грани банкротства. Дефицит бюджета латают выпуском гособлигаций под двузначные проценты, которые выкупают всё те же банки — то есть государство фактически финансирует дефицит за счёт будущих налоговых поступлений, а банки зарабатывают на этом. Производство же, от которого зависит и фронт, и экономика в целом, остаётся без поддержки.
