Заводы «Ростсельмаша» сегодня загружены лишь на треть. Об этом 7 апреля на пленарной дискуссии Московского экономического форума заявил председатель МЭФ, президент Ассоциации «Росспецмаш» Константин Бабкин. Тема юбилейного, десятого форума — «От охлаждения к развитию. Что и когда делать». Бабкин, выступивший модератором, сразу обозначил парадокс: в стране есть все ресурсы для созидания, но во многих отраслях царит апатия.
Пример сельхозмашиностроения, по словам Бабкина, показателен. «Ростсельмаш» долгие годы инвестировал в разработки и выпускал уникальные машины благодаря росту сельского хозяйства. Но уже третий год аграрный сектор в кризисе, и вслед за ним тормозит машиностроение. Падение измеряется двузначными числами. «Начало нынешнего года — мы тоже фиксируем падение. Три наших завода сегодня работают примерно на 30% мощности. При том что ситуация внешнеполитическая, внутриэкономическая, внутриполитическая толкают нас работать больше и больше созидать», — заявил Бабкин.
Он призвал менять парадигму экономической политики: она должна работать не на борьбу с инфляцией или экспорт сырья, а на комплексное развитие страны, возрождение высокотехнологичных отраслей и запуск новой индустриализации. Форум, по его словам, собрал представителей 20 стран, и доминирование глобалистов в мире заканчивается. Открываются перспективы для взаимодействия цивилизаций.
Государственный секретарь Союзного государства России и Беларуси Сергей Глазьев оценил ситуацию в экономике как более сложную, чем официальные прогнозы. Потенциал для рывка, однако, сохраняется. Главное препятствие — политика Центробанка, который ошибочно боится инфляции из-за низкой безработицы. Дефицит кадров, уверен Глазьев, можно закрыть роботизацией, а многие заводы загружены лишь наполовину. Высокая ключевая ставка делает кредиты недоступными, инвестиции сокращаются, и страна отстаёт в технологиях. Глазьев предложил перейти к стратегии опережающего развития с ростом ВВП 5–8 процентов, внедрить целевые кредиты под 3–4 процента годовых, остановить отток капитала (до 100 миллиардов долларов в год) и направить пошлины на экспорт сырья на финансирование инноваций.
Председатель ЛДПР Леонид Слуцкий заявил о необходимости новой индустриализации и разумного протекционизма. Почти половина импорта в России — это оборудование и техника. Две трети бурового оборудования, практически весь парк многоковшевых экскаваторов — заграничного производства. Доля отечественной техники для пищевой и перерабатывающей промышленности — всего 33% при износе оборудования свыше 60%. Слуцкий также обратил внимание на проблемы малого и среднего бизнеса, предложив создать механизм защиты от неблагоприятных изменений.
Академик РАН Роберт Нигматулин дал жёсткую оценку. Доходы граждан в России, по его словам, самые низкие в Европе, уступая даже беднейшим регионам Китая. Ежегодная депопуляция — 600 тысяч человек. Ни один базовый экономический указ президента с 2012 года не выполнен. «Коэффициент полезного действия» российской экономики — самый низкий среди крупных держав. Число работников в машиностроении сократилось в 10 раз, количество учёных — в три раза. «Так управлять экономикой нельзя, и мы должны донести эту мысль до президента, потому что сложившийся порядок опасен», — заявил Нигматулин, призвав сменить руководство экономического и социального блоков, освободить малый бизнес от административного гнёта, ввести налоги на сверхвысокие доходы и остановить имиджевые стройки.
Генеральный директор Челябинского механического завода Пётр Вагин рассказал, как его компания три года инвестировала 1,5 миллиарда рублей в новое производство, но закрыла его из-за отсутствия спроса. Падение производства на предприятии за два года составило 60%. Вагин раскритиковал систему утилизационного сбора, которая превратилась из экологического инструмента в заградительную меру. Он также указал на абсурдные требования локализации: подшипник от российского поставщика оказался кратно дороже импортного аналога даже с пошлинами. Промышленная политика, резюмировал Вагин, должна работать на развитие, а не на барьеры.
Директор Института социально-экономического прогнозирования имени Менделеева Андрей Щербаков заявил, что профицит бюджета — преступление, поскольку деньги изъяли из экономики и не вернули. Он раскритиковал модель отношений государства и ЦБ, назвав её худшей: ЦБ запрещено финансировать правительство. Уровень монетизации экономики в России — 58% против 120% в среднем по миру. «Нам просто не хватает денег для того, чтобы работать», — сказал Щербаков. Он предложил национализировать госбанк, вернуть госплан, установить ключевую ставку не выше 3% и перенести налоговую нагрузку с труда на потребление.
Генеральный директор ООО «Лилиани» Армен Налбандян рассказал о кризисе в сельхозмашиностроении. С 2022 по 2025 год спрос на технику сократился вдвое. Его собственное предприятие потеряло 80% спроса в первом квартале прошлого года, а по итогам года снижение составило 60%. Инвестиционные проекты заморожены. При этом потенциал России — дополнительно 200–250 миллионов тонн продукции растениеводства, если подтянуть урожайность до уровня Европы или Китая. «Никакие субсидии и процентные ставки не сопоставимы с тем, чтобы вывести экономику на новую ступень», — подчеркнул Налбандян, призвав срочно принять антикризисные меры.
Константин Бабкин, подводя итог, отметил, что задача форума — не политика, а поиск концепций и рецептов движения вперёд.
