В преддверии Московского экономического форума — 2026 политолог, востоковед, преподаватель Института Русской Политической Культуры Каринэ Геворгян в интервью пресс-службе МЭФ заявила, что Россия продолжает надеяться на обвал доллара и приток частных американских инвестиций, в то время как её собственная индустриальная база разрушается. «При этом у нас рушатся индустриальные цепочки, одна «Магнитка» чего стоит. Думаю, с таким подходом наша репутация не будет расти», — отметила эксперт, призвав к мудрой целесообразной политике с сохранением полного суверенитета.
Говоря о событиях на Ближнем Востоке, Геворгян подчеркнула, что текущий миропорядок начал разрушаться ещё с кризиса 2008 года, а украинский конфликт и удары по Ирану лишь ускорили этот процесс. По её оценке, США вмешиваются в дела Венесуэлы и Ирана для сохранения своего доминирования и контроля над активами и коммуникациями. «Сами придумали, сами устроили во время мирных выступлений в Иране во многом террористические нападения», — сказала политолог.
Отвечая на вопрос о расстановке сил на Ближнем Востоке, Геворгян отметила, что страны Аравийского полуострова оказались в унизительном положении, расстреляв арсеналы, которые за большие деньги закупали для защиты американских баз. Турцию она назвала опытным политическим игроком, у которого глубокие отношения с Лондоном, при этом обратила внимание на заявление Турции о готовности вступить в войну на стороне Ирана, если против него выступят курды.
Что касается позиции России, эксперт заявила, что страна не готова к независимой стратегии: «Россия не готова к этому — мы хотим зависеть, ждём, что доллар рухнет и к нам прибегут частные американские инвестиции». По её мнению, сегодня России стоило бы придерживаться политики сохранения полного суверенитета, но пока, к сожалению, это остаётся лишь на уровне слов.
На сессии форума, посвящённой мягкой силе, Геворгян планирует обсудить, что в современных условиях наиболее действенной мягкой силой становятся доверительные личные контакты. При этом она отметила, что российское государство практически не использует инструменты мягкой силы, а культурная политика в исполнении бюрократических структур не способна что-либо изменить. «Не может, да и не хочет», — резюмировала политолог.
