История, о которой рассказала адвокат Елизавета Селезнёва, началась в 1998 году. Тогда мужчина устроился охранником в один из магазинов. Страна переживала дефолт, кризис, перестройку — было не до отпусков. Он работал, рос по службе и в итоге дослужился до управляющего. И все эти годы, как выяснилось позже, практически не отдыхал.
За четверть века, пояснила Селезнёва, сотрудник сходил в оплачиваемый отпуск только один раз. Когда в 2023 году он решил уволиться, бухгалтерия насчитала 578 неиспользованных дней и предложила за них компенсацию… 60 тысяч рублей. Остальное, по версии работодателя, «сгорело» за давностью лет. Компания, судя по всему, рассчитывала, что суды будут далеко, а сроки исковой давности спишут все лишнее.
Но бывший охранник пошел в суд. И там началась настоящая юридическая драма.
Работодатель подготовился основательно. В дело пошли фотографии из социальных сетей, где мужчина загорал на курортах Турции и Египта, копии загранпаспорта с отметками о пересечении границы. «Вот! — заявляли юристы компании. — Он отдыхал! Никаких 578 дней нет». Казалось бы, позиция сильная. Но суд, а затем апелляция и кассация встали на сторону работника.
Почему? Ответ кроется в документах. У работодателя не нашлось ни графиков отпусков, ни приказов об их предоставлении, ни платежных ведомостей с подписью сотрудника о получении отпускных. А работник принес справки 2-НДФЛ за 25 лет — и в них не было ни копейки отпускных начислений.
Сам мужчина не отрицал, что иногда выезжал за границу. В суде он объяснил: «Да, я иногда уезжал на недельку. Но договаривался с коллегами, мы подменяли друг друга. Начальство разрешало „неофициально“. Отпуск не оформлялся, приказы не издавались, деньги за эти дни я не получал».
Суд счел эти объяснения убедительными. В решении указано: если компания годами не вела учет, не издавала приказы и закрывала глаза на то, что человек работает без официального отдыха, — это ее проблемы. Презумпция добросовестности работника, подчеркнули судьи, никем не опровергнута.
Елизавета Селезнёва, комментируя это дело, обращает внимание работодателей на системную проблему. Отсутствие надлежащего кадрового учета и экономия на предоставлении ежегодных отпусков, по ее словам, влекут существенные финансовые риски. Ссылки на «сгоревшие» отпуска при увольнении сотрудника после 2018 года, подчеркивает адвокат, являются юридически несостоятельными.
В итоге суд взыскал с компании в пользу работника 1,1 миллиона рублей компенсации. Сам же случай, по мнению Селезнёвой, порождает дискуссионный вопрос: является ли подобная многолетняя аккумуляция отпускных дней следствием добросовестного заблуждения или формой злоупотребления правом? Ответ на него, судя по позиции трех инстанций, оказался не в пользу работодателя.
